Category: юмор

Category was added automatically. Read all entries about "юмор".

emil

ПЕРЕНАПРЯГСЯ

Очередная книга воронежского юриста и писателя Михаила Фёдорова рассказывает об известнейшем журналисте Василии Пескове (рассказы его бывших друзей, одноклассников, коллег, знакомых, родственников).
Вот идёт разговор о том, как Песков ездил из Москвы в Великий Устюг – приблизительно в 2004 году там открывался маленький зоопарк, и нужно было сопровождать животных.
«– Поездка была большая, мы почти сутки ехали на машине. И после этого у него случился инсульт… Он же был анекдотчик. И матерщинник. Анекдоты ручьём. Женщин никогда не разрешал брать, с ними не поговоришь. И вот, ехали двадцать часов, и он двадцать часов рассказывал… Он знал огромное количество анекдотов… Я думаю, даже Никулин столько не знал».
Что ж получается: смех продлевает жизнь? Но и в смехе нужен отдых!
emil

НОМИНАЦИЯ

Это анекдот: меня номинировали на «критическую» премию «Неистовый Виссарион», недавно основанную. Нет, я не получу её, конечно (во-первых, я не критик, во-вторых, в числе номинантов множество лиц). Но сам факт – смешной и милый (нашёлся же добрый человек, кто выдвинул!)
Я бы не писал об этом, если бы не ролик, в котором Марина Волкова, издатель и культуртрегер, даёт краткую оценку группе лиц, выдвинутых на премию. Оценки меткие, остроумные, со перчиком. С нетерпением ждал, как она ущипнёт меня. К своему удивлению, она отозвалась обо мне благожелательно (даже если учесть оговорку о моей всеядности; но она права: действительно, часто я пишу о тех, о котом можно и не писать – уже не говорю – кого можно и вовсе не читать).
Итак, на экране – моё фото; говорит Марина Волкова:
«Эмиль Сокольский. Нетороплив, грамотен. универсален. Последнее – это недостаток».
О да – как продолжение достоинств! Я посмеялся – и порадовался: вероятно, Волкова испытывает ко мне личные симпатии. Да и я к ней тоже.
emil

СТУК В ДВЕРЬ

14 февраля в американской прессе прошло такое сообщение (провожу в сокращении – разумеется. в переводе).
«Пожар начался в подвале старого кирпичного здания. Он быстро распространялся вверх, из окон вырывалось пламя, а с крыши поднимался густой дым.
Упорный огонь прорвался через пятиэтажное здание кооператива в Форт-Ли, штат Нью-Джерси, в течение нескольких часов в четверг, уничтожив почти 50 квартир
К вечеру четверга 48 квартир были признаны полной потерей, а 48 квартир по соседству были эвакуированы. Здание по соседству должно быть пригодным для проживания на следующей неделе, сказали чиновники, и жителям будет разрешено вернуться. В соседнем общинном центре создан приют для перемещенных жителей, чтобы они могли переночевать. Несмотря на интенсивность пожара, жители были благодарны, что благополучно выбрались».
Среди погорельцев оказался и Владимир Гандельсман. Конечно, я переживал; зная об отменном чувстве юмора поэта, не мог представить его с отчаянным, горестным лицом.
Множество людей откликнулись, предлагая всяческую помощь. И вот через некоторое время в Сети вижу сообщение от Аллы Дубровской, жены Гандельсмана:
«ДОРОГИЕ ВСЕ! Мы потрясены вашей помощью и теплыми словами. Теперь у меня нет сомнений в том, что свалившееся несчастье будет преодолено с помощью вас всех. А теперь один совет от человека никогда не слушающего ничьего совета: пожалуйста, страхуйте своё имущество, какое бы оно не было. На всякий случай! Вот Александрийская библиотека сгорела, библиотека Блока была сожжена... ну и у Гандельсмана не осталось ни одной книги... это я так, к слову…»
То есть, я хочу этим сказать, что чувство юмора не изменило обоим даже в такие драматические дни. Почему обоим? А вот сообщение Владимира Гандельсмана, появившееся вскоре:
«poka net vozmoznosti otvecat' – na chuzom kompe... – obnimayu i spasibo – pogovorim potom – pomnite anekdot? stuk v dver' – ty kto? – ya pizdets – a pochemu takoy tolstyi? – ya ne tolstyi, ya polnyi!».
Что же на теперешний день? Из последнего сообщения Гандельсмана:
«Беда отнеслась к нам с пристальным вниманием, но внимание, забота и щедрость, которыми вы нас окружили, спасла и спасает».
Жизнь продолжается!
emil

ПОХОЖЕ НА АНЕКДОТ

И ещё интересная деталь из книги «Дон и Донец» (Санкт-Петербург, 1875 год).
«Из Первого Донского округа Дон входит в Черкасский округ, в котором находится город Новочеркасск. До 1805 года главным войсковым городом был Старочеркасск, новый же основали но воле атамана Платова. Причины перенесения до сих пор ещё неизвестны. Местоположение очень неудобно, и вода так далеко, что для города хотели прорыть канал для сближения с Доном, но это предприятие оставлено. В торговом отношении город Ростов и Аксайская станица стоят несравненно выше Новочеркасска. Проведение железной дороги, быть может, поспособствует к оживлению и развитию этого города». И ещё, рядом: В торговом отношении станица Аксайская (линия Ростов - Новочеркасск) «занимает едва ли не первое место во всей Донской области».
Значит, спустя семьдесят лет после основания Новочеркасска справочник сообщает, что «причины перенесения до сих пор неизвестны»! Да, сказано в книге, что «главным неудобством Старочеркасска всегда было его низменное местоположение, отчего город во время весенних разливов нередко затопляло», однако как причина это не рассматривается. Действительно, начались работы по укреплению берега, по осушению болот и лиманов, то есть речи нет о том, что, мол, Черкасск перенаселён, а расширяться некуда.
Неужто действительно – Платов перенёс донскую столицу, чтобы она была ближе к его родовому имению?..
emil

СТРАННОЕ ЗАНЯТИЕ

Зачем-то всё это, наверное, нужно (пусть хотя бы только для самих авторов)... Поэтому пока что я это дело продолжаю: пишу свои книжные обзоры.
Здесь собраны отзывы на истинных поэтов - и на стихотворцев, которых можно назвать любителями; такое лёгкое хулиганство мне позволила Вера Зубарева, главный редактор журнала «Гостиная»: хоть она и проживает давно в Филадельфии, но по происхождению-то - одесситка, а одесситы - люди с юмором.
Андрей Коровин, Светлана Ос, Михаил Синельников, Василина Орлова, Валентин Герман, Андрей Молдаванов, Зинаида Миркина, Ежи Ращевский.
http://gostinaya.net/?p=17382&fbclid=IwAR3WH9F2hLAMCKJhNPnaFM_nr5GPTcRgzJwcMEa5lHx6SfM1ZSfwsem4AO0#more-17382
emil

АНЕКДОТ

С местными журналистами, изображающими из себя краеведов, не  соскучишься. Нашёл у себя вырезку из газеты о Войсковом (Вознесенском)  соборе в Новочеркасске, освящённом в 1905 году. Замечательный абзац: «Из  всех подземных ходов храма сейчас находятся в более-менее сносном  состоянии лишь ход вокруг собора да тоннель, ведущий к Новочеркасскому  училищу связи, по которому более века назад отец-настоятель ходил из  дома в храм. Остальные же подземные ходы… затоплены грунтовыми водами  более чем на метр. Саня (оперативный дежурный по храму) рассказал, что  одно время он предлагал даже организовать экскурсии по подземным ходам  на резиновых лодках, которые сам и хотел бы проводить. Но по многим  обстоятельствам и, в частности, из-за крайне аварийного состояния стен и  потолков ходов это предложение было отклонено».
Значит, настоятель ходил из дома в храм по подземному ходу. Чем же его не устраивал открытый воздух? Боялся, что ограбят?
 А с экскурсиями по подземельям на лодках так это вообще анекдот.  Конечно, не исключено, что, рассказывая о донской святыне, автор статьи  не выдержал взятого им серьёзного тона и под конец решил приколоться.

emil

РЫБАЦКИЙ ЮМОР

– Не хочет ловиться, и всё! Уже не знаю, что на крючок цеплять! – ворчит рыбак.
– А жареная рыбка не подойдёт? – с участием спрашивает один из разговляющихся, сидящих поблизости.
– У вас жареная? Ах, так вот почему ко мне рыба боится идти!

На фото – река Калитвенец впадает в Северский Донец.

emil

ЛИШНИЕ СЛОВА

Ещё немного о том, как я разносил телеграммы после окончания университета (месяца на два устроился на почту – она через дорогу от моего дома, – чтобы не бездельничать и хоть что-то зарабатывать). Бывало, адрес дальний, а хозяев нет дома; тогда, чтобы повторно не ходить, я бросал телеграмму в почтовый ящик – что было недопустимо: только лично в руки, с указанием фамилии того, кто принял (сам адресат или сосед), и под роспись! Разумеется, в этих случаях я сам вписывал в отчётный корешок фамилии и расписывался. Однажды адресат пришёл с жалобой; и меня отругала начальница. Когда на меня повторно нажаловались, начальница взяла уже повышенный тон.
– Работал тут у нас один чудик! На него тоже всё время жалобы шли! Так он хоть известным стал! Я тебя потому и держу: может, тоже станешь знаменитостью?!
На стене в кабинете висел большой календарь: фото Сергея Жигунова с его размашистой, уже почти выцветшей дарственной надписью 29-му почтовому отделению. (Если кто не знает – Жигунов снимался во множестве фильмов, в их числе – «Гардемарины, вперёд». Чем он заслуживал нарекания, работая здесь, не знаю, – не потому же, что ходил по району в шортах?)
В третий раз начальница гаркнула: «Пиши заявление!» Я написал, принёс. Она, уже успокоившись, аккуратно положила его в папку. «Это мне на память. Иди работай!»
Однажды я увидел бланк с текстом телеграммы приблизительно такого содержания: «Маша приезжаем в четверг в три обязательно будь дома». Принимала телеграмму тихая девушка Катя. «”Маша” – не нужно, – говорю посетительнице, – ведь телеграмма и так адресована Марии. “Обязательно” – тоже можно вычеркнуть. Да и “будь дома” – ни к чему. “Приезжаем в четверг в три” – этого достаточно, никуда Маша не уйдёт». «Откуда вы мою Машу знаете? – громко удивилась женщина. – Когда вы с ней познакомились? Вы вообще кто?» Мимо проходила начальница: «У тебя и здесь конфликт? Что ты за человек!»
Спустя годы, когда мне рассказали на «почтовую» тему еврейский анекдот, я очень смеялся. Не над самим анекдотом, а над сходством ситуаций! Передаю как запомнил. Владелец магазина – назову его Зильбером – даёт телеграмму фабриканту Гольдбауму: «Ваше предложение принимаю. С уважением Зильбер». «”С уважением” можно вычеркнуть», – советует телеграфистка. «Откуда вы так хорошо знаете Гольдбаума?!» – удивляется Зильбер.
Но вот случай реальный, я о нём пять лет назад узнал от писателя и драматурга, замечательного рассказчика Андрея Яхонтова (мы с ним сидели рядом на одном юбилее за праздничным столом). Мальчишкой Яхонтов отправлял родственникам телеграмму о смерти отца, текст составлял дед: «Большое горе. Умер папа». И – место и время похорон.
Телеграфистка вычеркнула «большое горе», сказав: «Лишнее. Это для вас горе».
Двойной урок для будущего писателя! Во-первых, понятно: лишние слова. Второе: то, что является горем для тебя, вовсе не является горем для остальных; а потому – следует быть сдержаннее в проявлении чувств…
emil

НОЧНОЙ ЗВОНОК

Человеку с юмором легче справиться с раздражением, нежели ироничному, – убеждался в этом много раз.
Это вступление я написал для того, чтобы прокомментировать фрагмент из воспоминаний Татьяны Рыбаковой (бывшей жены поэта Евгения Винокурова, позже – Анатолия Рыбакова) «Счастливая ты, Таня!»
Маргарита Алигер, дружившая с Маршаком, была, видимо, человеком с юмором. «…Вдруг в 4 утра раздаётся телефонный звонок. Она вскакивает с постели, сердце колотится от страха: ночные звонки ничего хорошего не предвещают.
– Маргарита, – говорит Самуил Яковлевич, – я только что кончил переводить сонет Шекспира. Хотелось бы вам его почитать.
– Я вас слушаю…
Маршак читает и спрашивает нетерпеливо:
– Ну, и как?
– Замечательно! – говорит Маргарита.
– Спасибо, спасибо! Вы же не спали, я надеюсь…
Ну что вы, Самуил Яковлевич, кто же спит в четыре утра?!»
А может быть, это всё-таки ирония? По-моему, юмор, в сердцах проявившийся...