Category: транспорт

Category was added automatically. Read all entries about "транспорт".

emil

МЕСТО ОТДЫХА

У нас так: по вагонам электричек ходит билетёрша, а рядом – охранник (обычно пожилые люди). Чтоб не скучно было, – потому что иначе какой в этом смысл? Ходят в масках, надвинутых на нос – их, видимо, проверяют, да и кто знает – может, и камеры работают (в каждом вагоне по камере).
И вот молодая билетёрша заходит в туалет (а сейчас туалеты в электричках просторные, опрятные), и что-то очень долго её нет. Ну, дело житейское, но почему я задним числом обратил на это внимание? Когда она вышла, я услышал сочувственные слова охранника: «Ну что, подышала?» – «Хоть немного! Освежалась у окна. С утра задыхаюсь в этой маске!»
Охранник молча и понимающе покачал головой.
emil

БОЛОТО В ПРОШЛОМ

29 апреля солнце в Москве проглянуло совсем ненадолго, и мой автобус на Новомосковск Тульской области отправился – за окном установилось какое-то световое уныние; вскоре – как выехали за город – припустил дождь ; но он оказался недолгим. Ехать предстояло более трёх часов, и я даже на несколько минут забылся сном (все ж с ночного автобуса «Ростов – Москва»!) И вот Новомосковск, в котором я не был двадцать пять лет! Разумеется, эту улицу Мира, по которой мы проехали к автостанции, я не помнил, поскольку дома, что выстраивались только по одну сторону, были типовыми для конца 60-х – начала 70-х. Там я быстро нашёл хостел (гостиничку эконом-класса) и, быстро приведя себя в порядок, пошёл в Детский парк.
Каким образом исток Дона оказался в этом парке – или наоборот: парк оказался у истока? В этом тонком вопросе я разобрался позже.
Парк, как 25 лет назад, я нашёл быстро: он сразу заявил о себе могучими деревьями. Оживлённо гуляли дети и взрослые; мелькал за тесно насаженными берёзами и лиственницами поезд детской железной дороги, звучала музыка из репродуктора. Под тополями, в безлюдной низине, тугим гребнем разбегалась и стремительно расширялась полоса тростниковой поросли. Размягченная сушь переходила в трясину, из трясины сочился ручеёк. За ним разливалась тёмное чистое озеро, обсыпанное лепестками ряски: первая плотина. А вторую плотину стилизовали под средневековую деревянную крепость с пушками. Плотины – уже без «крепостей» – стояли и дальше. Цепью бассейнов Дон, отражая богатую зелень, бежал к задворкам парка, исчезая под автодорогой.
Так я и рассказывал все эти двадцать лет: Дон начинается из болотца. Мне и в голову не приходило, что время идёт, всё давно уже по другому… Теперь об истоке Дона – ещё до входа в парк – заявляет серый валун, из-под которого бьёт струя; по выложенному булыжником и декоративными камушками руслу по склону бежит ручеёк. Болотце в далёком прошлом: парк начинается тесными торговыми павильончиками, детскими городками. Но в остальном всё как будто бы неизменно; всё так же оживлённо, звучит музыка, совершает свой круговой рейс детский поезд. И бассейны на местах. Осталось прогуляться и всмотреться внимательней.

Фото удалено Живым Журналом (за невнесение денежной суммы).

emil

ПОПЫТКА КАНАЛА

Когда поезд останавливается на станции Петров Вал, уж не знаешь – радоваться ли тому, что можно выйти на воздух и вдоволь побродить по перрону да посмотреть на памятник-паровоз времён Великой Отечественной войны, что стоит на привокзальной площади? Или досадовать: да когда уже мы, наконец, поедем, сколько можно стоять?.. А стоять приходится долго: станция – узловая.
О первой попытке прорыть канал от Волги до Дона – вот в этой публикации:

http://www.dspl.ru/blog/don-so-vsekh-storon/chelovek-v-istorii/petrov-val/

emil

ЦЕРКОВЬ НА КОЛОДЕЗНОЙ УЛИЦЕ

Сколько раз бывало: едешь на поезде с севера области по ростовскому направлению – и когда вдалеке возникает гора, снизу доверху обсаженная бесчисленными домами, над которыми главенствует высокий собор, – словно дышать начинаешь по-другому, в душе появляется какое-то необъяснимое волнение. Взгляды всех пассажиров – даже тех, кто наверняка видел эту картину сотни раз, – обращены к правому окну.
Это начало нового очерка в блоге Дон со всех сторон» – об одной из церквей Новочеркасска.
http://www.dspl.ru/blog/don-so-vsekh-storon/svetilniki-very/na-kolodeznoy/

emil

ПАМЯТНАЯ ДОРОГА

В автобусе «Череповец – Белозерск», наполовину пустом, я сел на одно из задних сидений, и здесь же, в конце устроилась большая семья; детям расстелили покрывала, и вскоре дружная возня перетекла в нерушимый сон. А потом и я оказался в его объятиях – тем более что за окном после загородных открытых пространств с какими-то робкими огоньками встал непроницаемый мрак. С рассветом я проснулся в царстве елово-берёзовых лесов; елей было больше – сочно-зелёных, с праздничными снеговыми пятнами; всё чаще в них вмешивались тонкие осины. Лесная стена иногда ненадолго расступалась, возникали пустоши, и тогда ели высились, словно подружки, по двое – по трое; неужели это природа устроила? – уж больно театрально! И даже неожиданная остановка посреди леса мне показалась исполненной загадки, пока я не догадался, что кому-то из пассажиров попросту захотелось в туалет.
Облицованное скучной серой плиткой здание автостанции, похожее на районный Дом культуры, оказалось на замке. Я вернулся к автобусу, спросил у водителя: как же узнать расписание? Оказалось, что автостанцию закрыли за ненадобностью; что касается расписания – есть три рейса в Череповец, а напрямую в Вологду автобусов нет. (Потом я узнал, что утром ходит частная «газель»).
Как же всё меняется! Я вспомнил, как ездил сюда во второй раз, ранней осенью, из городка Кириллов (где самый большой в России монастырь). Он не так-то и далеко, но путь замедляет паромная переправа через Шекснинское водохранилище. Дедуля, что сидел рядом и узнал, что сегодня же я возвращаюсь в Кириллов, настоял: «Иди сразу же купи билет обратно, иначе мест не будет». Я подумал: что-то он сгущает краски; однако совету последовал – просто чтобы не перечить старику. А когда пришёл к последнему автобусу – увидел толпу учащихся! (в Белозерске два колледжа). Так что своевременному деду спасибо. Жалею немного, что в этот раз не спросил: как же сейчас добираются до Кириллова – неужели в объезд через Вологду? И какова ситуация с колледжами; по-прежнему ли много в городе учащихся?..

Торговые ряды (1840)


Collapse )
emil

СИМВОЛ БЕЗУМИЯ

Перед отъездом в Вологду зашёл в кафе, что близ Ярославского вокзала, сел за столик в пустом зале. На стене – экран телевизора. Пришлось поскорее покончить с трапезой: что ни сюжет – то демонстрация вкалывания вакцины благодарным страждущим всех возрастов – с агрессивной рекламой этой самой вакцины, призванной спасти человечество, то информация о количестве заболевших там и сям, то роботизированная долбёжка о масках и социальной дистанции… Присутствовать в такой заражённой атмосфере больше пяти минут для меня было непосильным; к счастью, вскоре я сел в скорый поезд «Москва – Архангельск», где не было никаких дистанций, где в ближайшем соседстве друг с другом кто беседовал, кто смотрел в окно, кто читал… Словно каждый из нас – и стар, и млад – оказался у себя дома, а дома, насколько мне известно, намордников нет даже у собак. В общем, ехал в поезде добровольных смертников!
То, что я дальше скажу – вовсе не претензия к кому-либо; это претензия к самому себе: когда находишься в удалении от мегаполиса, в близкой сердцу природной среде, поменьше надо заглядывать в Фейсбук, иначе непременно наткнёшься; кто-то с кем-то ругается; кто-то никак не сведёт счёты с советским периодом – периодом не своей жизни даже, а советским периодом как таковым; кто-то продолжает сходить с ума от ненависти к России, кто-то из мужчин (мужчин ли?) подробно описывает историю своей болезни, обвиняя в ней «идиотов» – диссидентов сегодняшнего «режима», кто-то зверски призывает всё фб-сообщество носить маски… Нет-нет, это, к счастью, не общий фон моей ленты, но всё же, наталкиваясь на такое, чувствую, как в чистую атмосферу, в которую я погружён, – атмосферу природную и человеческую, – пронырливо врываются выхлопные газы.
«Бедная маленькая маска», воспетая аргентинцем Сальвадором Граната, и знать не знала, каким зловещим, безумным символом она станет спустя без малого сто лет!
https://www.youtube.com/watch?v=Au1ctIGKrdg
emil

ДО ЖИЖИЦЫ

Раньше ночной пассажирский поезд «Великие Луки – Москва» ходил каждый день, теперь – раза три в неделю. Вот не уеду в четверг – следующий только в субботу.
Можно, конечно, продумать другой вид транспорта. Но мне нужен был именно поезд: на железнодорожной ветке, в часе езды – остановочный пункт Жижица; рядом – деревня Наумово с единственным на свете музеем Модеста Петровича Мусоргского и берега необозримого озера с сорока островами… В ту сторону ежедневно в 8.30 отходит пригородный до станции Нелидово (городок в Тверской области); а «Великие Луки – Москва» делает минутную остановку в Жижице около 10-ти вечера. То есть гулять по этим глуховатым местам (в парке усадьбы, по берегам озера, по холмам ближней деревеньки Карево, где родился композитор) можно целый день. Главное – иметь при себе билет (хоть в бумажном, хоть в электронном виде): в Жижице кассы нет.
И вот ищу я нужную платформу; где мой пригородный? А вот он: всего один-единственный вагон! Так называемый рельсовый автобус! Его постепенно заполнял деревенский народ – но места хватило всем. Стронулись; набрали умеренную скорость – и так, равномерно, спокойно, скользили мимо лесов и редких станций, одна из которых называлась Сердце, а другая – Таборы. Не пропустить бы Жижицу! Но это было бы невозможно: в Жижице выходило больше всего людей.

emil

У СОФЬИ КОВАЛЕВСКОЙ

В Невеле я сел на автобус до Великих Лук – конечно, с целью выйти в деревне Полибино; а там через час меня должен будет подхватить последний автобус. Я понимал, что за час бывшую усадьбу Софьи Ковалевской я осмотреть не успею, на автобус могу опоздать, на тёмной трассе, где машины редки, вряд ли меня кто заберёт из этой деревеньки, и где мне ночевать? Но… «безумству храбрых поём мы песню!» Завтра мне уже отправляться на Москву, а оттуда – домой. Запасы времени исчерпаны. Поэтому я махнул на всё рукой.
Тихая деревенская улочка привела в большой парк. Густо посаженные липы и берёзы почти не оставляли на земле места для солнечных пятен; зато поляны, окружённые теми же липами, берёзами, да ещё дубами и клёнами, свет заливал так, что трава казалась новым бархатным ковром, по которому ещё никто не успел пройти. И были в парке дубы – полные такого величия, что они просто не могли стоять в общем ряду с другими деревьями и вступили прямо на поляну, обращённую к большому синему озеру с кувшинками по берегам.
И вот на возвышении – двухэтажный 12-комнатный каменный дом-замок с башней, построенный отцом Софьи Ковалевской, генерал-лейтенантом артиллерии Корвин-Круковским. Здесь она жила с 8-ми до 18 лет, о чём и рассказывает её повесть «Воспоминания детства».
Здесь с послевоенных лет работал детдом; потом долгое время здание стояло пустым, без окон и дверей, служил свалкой мусора и общественной уборной – пока в 1981-м не приняли решение организовать музей. За много лет собрали коллекцию личных вещей и документов Ковалевской (одежда, мебель, книги, рукописи, портреты), приобрели мебель красного дерева конца 18 – середины XIX века, – всё это пока можно увидеть в двух комнатках флигеля. Реставрация главного дома велась с большими перерывами, и вот дело в очередной раз остановилось: нет финансирования. Валентина Павловна, директор, начинавшая этот музей с нуля, провела меня по всем 12-ти комнатам главного дома. Меня поразили торжественная мраморная лестница на второй этаж, грандиозность комнат, огромные занавеси на окнах зала, где играли свадьбу Софьи, деревянная винтовая лестница в комнату её сестры, два балкона: с видом на парк и на широкую прогалину (выход к озеру). Комнаты были пустые, работы по ремонту предстояли большие; по-моему, в чём-то помогли шведы. Ученица, знаменитого Карла Вейерштрасса, выпускница Геттингенского университета, только в Швеции Ковалевская смогла найти применение своих способностей: в 1883 году Стокгольмский университет пригласил её на преподавательскую работу, что стало сенсацией – потому что и в Швеции до того времени считалось, говоря словами Августа Стриндберга, что женщина-профессор математики – явление ненормальное, чудовищное…
Ох, много можно обо всём этом рассказывать, но я себя остановлю. Валентина Павловна уже спешила на автобус до Великих Лук (где она живёт), а я спешить не хотел: я ведь ещё и по парку не походил, не видел длинную липовую аллею, что начинается почти у самого дома, не посидел у озера… «А зачем вам спешить? – удивилась Валентина Павловна. – Гуляйте до потёмок: в 8 вечера будет автобус из деревни Сафроново. Не волнуйтесь, будет обязательно, здесь не останетесь. Он идёт через наше Полибино и приезжает прямо в центр Великих Лук!»
Как же я обрадовался! Даже сбегал в магазинчик пиво купить, чтобы с такой «добавкой» провести последние минуты на берегу угасающего озера.



Collapse )
emil

ДАЧНАЯ ПУСТОШКА

От Себежа до Пустошки предстояло ехать около часа; после Пустошки этот питерский автобус поворачивает строго на север и прямиком идёт на Псков. А мне – коротать два часа в ожидании автобуса Псков – Великие Луки.
На полпути останавливались в большом посёлке Идрица, очень похожем на дачную местность. Памятное название! – Знамя Победы, водружённое над Рейхстагом, принадлежало Идрицкой стрелковой дивизии, то есть, получается, Идрицу можно назвать родиной этого флага.
В Пустошке я не надеялся увидеть ничего выдающегося: поселение молодое, родилось при железной дороге в 1900 году; статус города получило спустя 25 лет; что ж, случай подарил мне возможность в год двойного юбилея почтить её своим присутствием!
Пустошка началась сразу за речушкой Крупея – белой компактной церковкой и одноэтажными домами, прикрытыми зеленью. Снова «дачная» местность! Оттого, что автобус сбавил ход, улица показалась очень длинной. За светофором, который, видимо, обозначал центральную часть городка, свернули вправо. За двумя изгибами дороги показалась водонапорная башня, а потом здание железнодорожного вокзала, приветствуемое в наши дни лишь единственным поездом – «Рига – Москва» и, судя по характеру кирпичной кладки, построенное в советское время.
В домишке автостанции я заметил чугунный котёл, выпиравший из стены, за которой была касса; я его принял за исторический экспонат, музейную ценность, сохранённую руководством станции как напоминание о дореволюционном прошлом посёлка железнодорожников, торговцев и ремесленников. «А что это такое?» – спросил я у кассирши. «Как что? – это котёл, – невозмутимо ответила она. – Печку топим, когда холодно».
Захотелось увидеть его в действии! Впрочем, меня вполне устраивало. что день сегодня хоть и серый, но тёплый.



emil

КОМБИНАЦИЯ

Из Себежа мне нужно было попасть в Великие Луки: только таким образом можно вернуться в Москву. Только вот за последние годы с общественным транспортом всё изменилось: раньше в Великие Луки ежедневно ходил пригородный поезд; а сейчас его отменили. Да, ходит автобус, но только не каждый день. Если подчиняться расписанию, то я должен был уехать из Себежа уже на следующее утро после своего приезда, или – жить здесь ещё неделю, до следующего автобуса. Но эта неделя была последней, которую я мог гулять: на следующей уже предстояло выходить на работу. А у меня ещё Великие Луки с окрестностями!
И всё же я не стал подчиняться обстоятельствам, пустил дело на самотёк: через три дня как-нибудь да уеду.
В результате мыслительных комбинаций постепенно созрел план. Утром сажусь на Санкт-петербургский автобус (он ходит ежедневно); доезжаю до ближнего городка Пустошка; в Пустошке ловлю автобус «Псков – Великие Луки». Что я, правда, буду делать там два часа в ожидании, не знаю, но это единственный вариант.
Неужели всё? Неужели завтра меня уже здесь не будет?..
А память на что? В своей памяти я здесь буду всегда. Да и не исключено, что снова приеду.



Collapse )