Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

emil

СВЯТОЕ СОСЕДСТВО

В Краснодаре я жил рядом с Екатерининским кафедральным собором. Причём я не сразу об этом узнал: в начале 1950-х его закрыли четыре угловых жилых дома, и лишь благодаря тому, что мне в проёме одной ил ближних улиц блеснул золотистый купол, я пошёл на этот приветственный немой зов.
И всё же при соборе остался обширный двор, обставленный сейчас хозяйственными строениями. Это грандиозное здание в византийском духе строили 14 лет! – всё не хватало денег, и в 1914-м наконец построили. В январе 1918 года на соборной территории захоронили не скольких деятелей Белого движения, в том числе главу Добровольческой армии Алексеева.
А уже в 1922-м собор разграбили, предлог – сбор средств голодающим Поволжья. В начале 1930-х купола пустили на переплавку, а намереваясь взорвать здание, власти пригласили на это торжественное событие городского архитектора Ивана Клементьевича Мальгерба – посмотреть, как уничтожается его детище: мол, храмы теперь не нужны, строим социализм, срочно нужен кирпич. Мальгерб не растерялся и ответил комиссии, что целого кирпича после взрыва не останется, будут лишь бесполезные глыбы, потому что в известковом растворе – свинец и яичный белок. Власти поверили: авторитет архитектора был велик. Надо запомнить это имя: Мальгерб (сын французских подданных, поэтому такая фамилия) не только построил, но и спас краснодарскую святыню!
Дальнейшая судьба собора вкратце такая: склад, зернохранилище, мастерская по ремонту авиадвигателей, во время войны – наш наблюдательный пункт. Открылся он для богослужений во время оккупации, потом – после освобождения города. В 1988 году началось его полноценное возрождение.
Я не раз ходил сюда за водой: во дворе собора стоит кирпичный бювет-многогранник с несколькими кранами в каждой нише; из них течёт чистейшая, очень мягкая родниковая вода.

emil

ШУХОВ В КРАСНОДАРЕ

Имя инженера Шухова широко известно: среди всего прочего он создал первые в мире гиперболоидные конструкции (сетчатые стальные оболочки). Из более чем двух сотен сетчатых гиперболоидных башен, построенных в первые три десятилетия прошлого века, сохранилось всего двадцать (самая высокая – радиобашня в Москве, на Шаболовке). И вот, оказывается, в Краснодаре тоже есть шуховская башня – водонапорная, которая стала действовать в 1935 году одновременно с установлением городского водопровода.
В начале Великой Отечественной войны её предполагали демонтировать как ориентир для врага, но по каким-то причинам раздумали, а в середине 1970-х поставлена на охрану как памятник истории и культуры.
Она недалеко от Красной улицы, подойти к ней можно со стороны цирка. Верхушка, правда, уже не та: в начале 90-х водный резервуар сняли за ненадобностью и неприглядностью (он проржавел) и водрузили вот такой грубоватый «абажур».
Даже торгово-развлекательный комплекс, который построили рядом, не так развлекает взор, как творение Владимира Григорьевича Шухова.

emil

ДОМ БУРСАКА

О «барокко и классицизме» в Екатеринодаре. Как я уже написал, облик города он стал обретать только в конце XIX века, когда классицизм давно ушёл в прошлое – что уж говорить о барокко. Деревянные и плетёные постройки – вот что было в Екатеринодаре в эпоху классицизма. И всё же один образцовый дом того времени сохранился: с четырёхколонным портиком, с фамильным гербом на фронтоне. Я так понял, что о нём знают лишь ревнители истории Кубани; когда я спросил в краеведческом музее, в какое время открыт дом Бурсака, они даже не поняли, о чём я. «Ну, самый старый дом в городе; там сейчас Общество охраны памятников. Я слышал, что есть и музейный уголок, только вот сколько ни проходил мимо – ворота закрыты, на двери замок». – «По крайней мере, к нашему объединению это отношения не имеет, – ответили музейщики, – если там какой музей и есть, то – самостоятельный».
Хозяин дома Федор Яковлевич Бурсак участвовал в походах князя Потёмкина в Крым, в штурме Очакова, Измаила; Суворов его отметил золотым знаком. После упразднения Запорожской Сечи Бурсак получил звание атамана Черноморского войска, он основал первую школу на Кубани (впоследствии военное училище), первую библиотеку, наладил добрые отношения с соседями-горцами. А в 1816-м году генерал-майором ушёл в отставку.
Я, конечно, посмотрел, что пишут об этом доме «экскурсоводы» в Сети. Вот буквально: «Здесь, при жизни Бурсака, гостили генералы Раевский и Ермолов, великие писатели-поэты – Лермонтов и Пушкин, а также известные декабристы». Я не знаю, как это комментировать. Да, Пушкин проезжал в августе 1820 года через Екатеринодар: там ведь проходил Ставропольский шлях (нынешняя улица Красная); но где факты, что он сделал остановку? Затем – Лермонтов: как он мог навестить Фёдора Яковлевича, если Бурсак умер в 1827 году, а Лермонтов в свои неполные 23 оказался в Екатеринодаре только 10 лет спустя: переночевал да поменял лошадей. Возможно, те же неувязки и с декабристами – но исследовать всё это нет у меня желания.
А дом Бурсака, конечно, со временем перестроили под дерево: турлук (то есть камыш, обмазанный глиной) – материал недолговечный.

Фото удалено командой Живого Журнала

emil

КРАСНОДАРСКИЕ СТИЛИ

Несколько дней – в мае, июне и июле – я провёл в Краснодаре; я и раньше в нём бывал, но только совсем недолго, и лишь сейчас внимательно вгляделся в его улицы, вжился в него, освоился, и не было минуты, чтобы не чувствовал себя здесь счастливым. Это было не счастье восторга, а счастье теплоты, родственности, что ли: мы ведь с ним соседи, и к тому же Краснодар - преддверие к Черноморскому побережью, где прошли многие мои годы детства и юности.
Мне понадобилось установить адрес одного здания, я заглянул в Сеть и попал на перечень достопримечательностей. С удивлением прочитал: в Краснодаре смешались разные стили начиная с барокко. Такую чушь мог написать только человек "не в теме". Какое барокко у казаков, если городом Екатеринодар стал только в 1867 году! И развиваться начал только с постройки железнодорожной ветки от Тихорецка до Новороссийска, когда здесь стали селиться купцы.
А основали Екатеринодар в 1793 году как крепость, - на земле, подареннной Екатериной II Черноморскому казачьему войску.
Архитектурная история города начинается с домика Бурсака, который ещё можно назвать постройкой классических форм, но в целом лицо Екатеринодара определяется на рубеже XIX - XX веков, зданий в стиле провинциальной эклектики и модерна здесь немало; некоторые - вызывают восхищение.

Гостиница "Централь" (ок. 1900)


Collapse )
emil

СЧАСТЬЕ БОЛЬШЕЕ, ЧЕМ БУФЕТ

У меня как-то осторожно упоминается летняя тема, но мне осталось рассказать ещё об одном майском дне – проведённом в Серпухове. Я люблю ездить в этот город, стараюсь всегда находить такую возможность. Но года три уже точно не был.
Серпухов совсем рядом с Москвой, но приезжаешь на вокзал – попадаешь в СССР. Был в пустом, громоздком здании вокзала буфет: там и первое, и второе, всё довольно приличное. На выдаче – простые, деревенского вида, женщины. Пока подогревался борщ, я придумал, что взять на второе: отварную картошку с сельдью – «свежайшая, маринованная!» – заверила буфетчица.
И вот на тарелке картошка, а с сельдью, наколотой на вилку, проблема: никак не хочет переправляться в тарелку. Буфетчица трясла вилкой – безрезультатно. Тогда она попросту сняла её пальцем: раз, ещё раз, ещё раз, и ещё раз. Порядок: все кусочки в тарелке! «Приятного аппетита!».
Я с тайным изумлением наблюдал за этими действиями, но глаза мои смеялись: настолько женщина была при этом мила и простодушна.
Так вот – буфета больше нет, совсем опустел вокзал!
Но разве это печаль? Я знаю, что меня всегда ждёт счастье: за историческими кварталами (по которым нужно обязательно побродить) есть кремлёвский холм, с вершины которого открывается замечательный вид на ансамбль серпуховских церквей, на заречные просторы. Холм – естественного происхождения; его вершину опоясывает узкая тропинка. На её месте стояли крепостные стены с бастионами. От них осталось только прясло (часть стены между двумя башнями) из белого камня. Серпухов в середине XVI века, после присоединения Казанского ханства и во время борьбы с Крымом, был крупным стратегическим центром, потому и возник здесь кремль; его стены возводили не по традиционному композиционному плану, а согласно линиям кромки холма.
И всё же есть на боковой, широкой ступени холма старинная архитектурная вертикаль, уцелевшая от кремлёвских строений: скуповатый по рисунку Троицкий собор, который слегка веселит длинная шатровая колокольня. Он стоит на самом краю, над поймой реки Нары, словно вовремя остановившись перед зелёным крутым склоном и желая озирать окрестности: главным образом – переглядываться с Высоцким монастырём, что разлёгся на соседней дальней горе.

Фото удалены командой Живого Журнала



Collapse )
emil

ЖУТКАЯ КЕЛЬЯ

Осмотрев верхнюю Никольскую церковь двухэтажного Николо-Успенского храма, в который вела парадная лестница, я спросил у монахини: а Нижняя, Успенская, открыта? «Открыта, спуститесь!» – «А келья?...» – я не договорил¸ потому что монахиня поняла с полуслова: «Пимена? Да, и келью там увидите!»
Новгородский архиепископ Пимен – фигура известная. Он основал много церквей, обновил старые, по указанию Ивана Грозного заложил знаменитый Богородичный Успенский монастырь в Тихвине, оказал царю много услуг. Однако после новгородской резни, учинённой опричниками по указанию Ивана Грозного, царь заподозрил Пимена в измене и, приехав в Новгород, отказался принять его благословение.
Немецкий дворянин Альберт Шлихтинг, служивший переводчиком у личного врача Ивана Грозного, писал, что сняв с архиепископа облачение, государь приказал «нарядить» его в тряпьё, привязать к кобыле (которую объявил его женой), вручить, как скомороху, бубны и волынку и с позором провести по городу.
Но это изощрённое издевательство бледнеет перед тем, что было дальше. Иван сослал Пимена в Венёв монастырь и заточил в каменный мешок («кельей» его назвать не поворачивается язык), с одним лишь отверстием сбоку: для подачи еды.
При перестройке Успенской церкви переднюю стенку разобрали, а боковое отверстие заделали (осталась круглая ниша). Я открыл металлическую калиточку и согнувшись едва ли не вдвое, переместился на каменную скамью.
Наверное, достаточно одних суток, чтобы сойти с ума от холодного сидения во тьме этого крохотного замкнутого пространства. Пимену хватило года: он умер осенью 1571 года.

Фото удалено Живым Журналом (за невнесение денежной суммы).
emil

ВЕНЁВ МОНАСТЫРЬ

Километрах в 20-ти от Венёва есть женский Венёв монастырь, созданный то ли в XVI веке, то ли раньше будто бы по типу Киево-Печерской лавры. Добраться туда просто: по тульскому направлению доехать до деревни Дедиловские Выселки, которая вся растягивается по обе стороны трассы; и пройти километр полевой дорогой.
Монастырь показался не сразу, его заслоняли высокие деревья, и в первый момент меня немного разочаровал: церковь с колокольней – это что, и весь монастырь?
Оказывается, стены, башни и кельи разобрали ещё в начале XVIII века на постройку плотины Тульского оружейного завода, оставшиеся камни – увезли в начале XIX-го на его расширение.
Но даже только ради церкви стоило сюда приехать: вернее сказать, это монументальное двухэтажное здание древнерусских форм объединяет в себе две церкви: верхнюю Никольскую (тёплую) и нижнюю Успенскую (холодную). Чувство истории в таких местах возникает потрясающее, стоит лишь задуматься о том, что именно здесь происходило. Смоленский князь Юрий Святославич во время пира в Торжке убил князя Семёна Мстиславича Вяземского, мужа Иулиании, которая отказывалась вступить с ним в связь; но и после устранения супруга князю Юрию не удалось добиться победы; тогда он приказал отрубить ей ноги и руки, а тело бросить в Тверцу. В Венёв монастырь, где он доживал последние дни, его привели угрызения совести; на деньги князя Юрия возвели монастырскую стену и монашеские кельи. Если это всё не легенда, конечно.
В верхнем, Никольском храме, расписанном растительными орнаментами, поскрипывали мощные половицы; монахиня, что присматривала за ним, уверяла, что они сохранились с XVIII века – несмотря на зернохранилище, устроенное здесь в советское время. Я увидел несколько очень старых икон, шестиярусный новый иконостас.
В нижней, Успенской церкви, где я оказался совершенно один, тоже были старые иконы в золочёных окладах; потом пришла та же монахиня и вынесла мне из длинного зала трапезной (он здесь же, за стеной) большой помидор и два яйца: «Это вам на дорожку».
С монастырём, а именно с Успенской церковью, связана ещё одна жуткая история, но о ней следующий пост.

Первое фото удалено Живым Журналом (за невнесение денежной суммы), остальные на месте.
Николо-Успенский храм (1696–1701).


Collapse )
emil

И ЕЩЁ О НОВОМОСКОВСКЕ

У меня потерялся один новомосковский сюжет, поэтому вписываю его сейчас, пусть и с опозданием.

Я с удовольствием прогулялся по ближним улицам, что соседствуют с центральной. Здесь так называемые «сталинки» уступают место двухэтажным прямоугольным строениям с хорошо продуманной композицией: «чердачные» фронтоны, белые лопатки и пилястры (вертикальные выступы стен), балясины в подоконных нишах, напоминающие фигурные колонны или шахматные фигуры, симметрично расположенные эркеры, уютные миниатюрные лоджии; закруглённый угол одного из зданий отмечен широким, таким же закруглённым балконом: эффектное решение, найденное ещё в начале XIX века… Нет, это не оригинальные проекты, – такие дома строились в послевоенные годы по всему СССР (они есть и у нас на Юге); но на них всегда приятно смотреть: это ведь последние представители отечественного планового строительства, в котором проявилось стремление гражданских архитекторов вкладывать в простые и, наверное, по тому времени не особо приметные дома доброе настроение.
Один из особнячков, напоминающий провинциальную кордегардию эпохи классицизма, я заметил на задворках центральной улицы, – увы, он, видимо, давно превратился в облезлый сарай; печальная бесхозяйственность!

Фото удалены Живым Журналом (за невнесение денежной суммы).



Collapse )
emil

НАД ВЕНЁВКОЙ

Венёв основали в XVI веке как крепость, и место действительно удачное: на высоком берегу Венёвки (речки, которая «вьётся»); далеко видать! И не бедный был городок – восемь церквей! Осталось только четыре, две из них в приличном состоянии: Иоанна Предтечи, похожая на фарфоровое изделие, и за Красной площадью, более торжественная, тоже в формах барокко – почти воздушная Богоявленская. Однокупольная Покровская, что на краю этой же площади, до сих пор в руинах, Воскресенская, в трёх минутах ходьбы, так и не оправилась от своих потерь советского времени, когда она, обезглавленная, служила складом. Но что в диковину здесь – это четырёхъярусная колокольня разрушенного в начале 1950-х Никольского храма; её высота среди низкой городской застройки кажется фантастической. К сожалению, два первых яруса укрыты: четыре года назад началась реставрация и, видимо, идти будет долго. Да и колокольню-то строили далеко не один год; а если учесть, что она успела послужить водонапорной башней, то труды требуются нелёгкие.
Но никаких работ я не увидел, несмотря на будний день: видимо, приостановились из-за отсутствия денег. А город за двадцать с лишним лет, по-моему, особенно и не изменился, только Красную площадь (в виде смещённого четырёхугольника) превратили в сквер с плиточными дорожками, установили скамеечки без спинок и лёгкие стеклянные павильоны: кафе-барчик и выставочный зал (правда, они не подавали признаков жизни). Отремонтировали каменные палаты XVIII века, разместили в них музей. Покрасили и побелили несколько старых зданий; в одном из них учился И.А. Лихачёв, ставший впоследствии директором знаменитого московского автомобильного завода. Обустроили Монастырский источник (поставили над ним пластмассовую сень с иконками и рядом разбили декоративный садик). Но в целом Венёв по-прежнему выглядит как захолустье.
А где лесенка, по которой я спускался раньше к реке? Да вот она, «Генералова лестница» (скорее всего, в народе её так называют по фамилии подрядчика) с перекорёженными плитами (каждый шаг нужно выверять): у Красной площади, за проулком. А где я купался? Непонятно. Река мутная, берега, укрытые вётлами, топкие, по эту сторону к ним прижимается автодорога с ограждением. Наверное, с того берега входил. Сейчас – хоть с этого, хоть с того – нет желания.
Время, время…

Фото удалено Живым Журналом (за невнесение денежной суммы).



Collapse )
emil

ВСПОМНИЛ ПЭТА БУНА

Вдруг пришло в голову: а жив ли Пэт Бун, популярный в 50 – 60-е годы? Как-то он мимо прошёл даже моих родителей, хотя, стоял у истоков рок-н-ролла. Его называли соперником Элвиса Пресли, хотя записи, что я раздобыл ещё школьником, – это приятные слуху спокойные мелодии. Жив Пэт Бун, жив, он 1934 года рождения, пусть прозвучит в прошедший день его рождения – 1 июня – «Юбилейная песня", – так она известна в англоязычном мире (но мы-то знаем, что это «Дунайские волны» румынского композитора сербского происхождения Йована Ивановича).
Рижанин Виктор Подлубный прислал мне свою чудесную запись об этом замечательном певце:
https://www.liveinternet.ru/users/5814203/post424393840?fbclid=IwAR1M07G86ZbxU3Jnk_TjHrVGy6vfzsotmJ_BKsFOcxeX4gRwAJ5DICf0cpw