Эмиль Сокольский (emil_sokolskij) wrote,
Эмиль Сокольский
emil_sokolskij

Categories:

ТЕРЕМ МОЛОДОГО ШЕХТЕЛЯ

Если меня толкнуть ночью и сказать: «Локалов! Имя-отчество!» – я тут же, не просыпаясь, пробурчу: «Александр Алексеевич», и недовольно повернусь на другой бок. Ещё бы: сначала, значит, в Гаврилов-Яме я вижу замок этого фабриканта, потом в селе Великом, что в 7-ми километрах от города, встречаю его надгробие… И это не всё. Вот иду я по Великому, смотрю на бесчисленные старинные дома, и вдруг – дом-терем, по своему почерку отдалённо напоминающий Ярославский вокзал в Москве, а точнее, его уменьшенную копию – особняк Шаронова, в котором ныне – музей градостроительства и быта Таганрога. Неужели Фёдор Осипович Шехтель и сюда добрался?
Да, добрался, – и всё благодаря тому же фабриканту и щедрому благотворителю.
Александр Алексеевич Локалов после смерти отца, великосельского крестьянина, получил в наследство прядильно-ткацкую фабрику в Гаврилов-Яме. В 1872 году он обустроил механическую льнопрядильню с паровым двигателем. Появлялись и другие новшества, производство расширялось.
Вскоре Локалов задумал обзавестись усадьбой в родном селе. К делу привлёк молодого Шехтеля, отчисленного из Московского училища живописи, ваяния и зодчества за плохую посещаемость и не имевшего возможности, по причине отсутствия диплома, заниматься проектированием в Москве.
Строительство завершилось в 1890 году. Локалов умер через год, успев отписать усадьбу дочерям. В 1913-м её приобрёл крупный предприниматель Рябушинский (кстати, его особняк в Москве на Малой Никитской, без фотографии которого, по-моему, не обходится ни одно издание о стиле модерн, – тоже дело рук Шехтеля).
После революции в доме разместили музей, в основу которого легли предметы из великосельских домов (а жили здесь зажиточно: Локалов боролся с нищетой); но вскоре экспонаты стали распродавать на торгах; часть из них осела в Ярославле (надеюсь, в хранилищах музеев). А в комнатах, богатых лепниной, размещались сначала исполком, потом клуб молодёжи, и после – детский дом, действующий и поныне.
Дом, ограда и ворота – вот всё, что осталось от усадебных построек. То есть – осталось главное.

Tags: путешествия
Subscribe

  • НОВЫЕ СТРАНИЦЫ ДНЕВНИКА

    Очередная серия моих дневниковых записей, сделанных в 2013 году (петербургский журнал «Зинзивер»):…

  • СОЗЕРЦАТЕЛЬ СЛОВЕСНЫХ ЧУДЕС

    Невероятно, но появилось мини-эссе… обо мне. Там всё хорошие слова. Я на полном серьёзе ко всему этому не отношусь – но на полном серьёзе благодарен…

  • ПРОСТОЕ СЧАСТЬЕ

    Вчера вспомнил Бунина, который написал, что, может быть, счастье – это «сад осенний за сараем / И чистый воздух, льющийся в окно». А сегодня утром –…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments