Эмиль Сокольский (emil_sokolskij) wrote,
Эмиль Сокольский
emil_sokolskij

Categories:

ОЛЬГИНО ПОЛЕ

С 1876 года в Приазовье потянулись немцы – в основном молодые семьи, выходцы из старых немецких колоний Украины и Поволжья, а также и из самой Германии (по тогдашним законам они имели право приобретать в России земли и заниматься хозяйством). Арендовали землю, объединялись по несколько семей, чтобы приобрести участки в складчину. Так возникали поселения, или колонии (в просторечии — колонки). Поставленные в одну широкую улицу, крытые черепицей или жестью кирпичные дома (жилые помещения, кладовая, конюшня, сарай для экипажей – всё под одной крышей, отдельно – лишь хлебный амбар и погреб). И сплошь – цветники! Русский язык немцы не учили, при необходимости приглашали переводчика. Ни администрации, ни милиции, вместо них – староста (шульц). В обязанности школьного учителя входило преподавание закона Божьего и проведение богослужений. Передовые хозяйственники (почти недостижимый образец для наших агрономов), немцы жили замкнуто и, как писала пресса тех лет, «с презрением к русскому крестьянству». В период коллективизации, вынужденно приняв новую политику, они продолжали служить образцом для колхозников Северного Кавказа: газеты тех лет не раз называют донских немцев победителями соцсоревнований.
А с приходом к власти нацистов отношения советских властей с колонистами осложнились. «Колонки» замаскировались под русские сёла и хутора. Одно из поселений – километрах в 60-ти к югу от города Азова. На краю заболоченных лугов, которые ближе к горизонту сливаются с камышовыми зарослями реки Еи и Ейского лимана, в одну линию выстроился Ольгенфельд: домики оригинальной архитектуры с настенными рельефными украшениями.
«Эта земля когда-то принадлежала помещику Энгельгарду, – рассказывал драматург и сценарист Виктор Мережко. – У помещика было трое детей, каждому из которых он выделил по наделу земли. Они носили имена его наследников. Наш же достался Ольге, а называть его стали соответственно на немецкий лад, что в переводе значит “Ольгино поле”. Когда я родился, немцев на хуторе уже не было». (Мережко ошибся: он родился в 1937 году, а немцев стали высылать в Сибирь только с 39-го). И сейчас здесь можно видеть старые дома, в том числе две бывшие школы, магазин и мельницу. Стоит на краю большой травянистой поляны и обезглавленная кирха.








Tags: путешествия
Subscribe

  • ЧЕРЕЗ ПСКОВ

    Из Москвы мне нужно было в Гатчину – ну и, разумеется, хоть урывками побыть в Петербурге (и мне это почти не удалось). Решил, как в прошлый раз,…

  • ХУТОРОК

    Я совсем забыл написать, что в Москву в августе я рванул не из Ростова, а из станицы Вёшенской, где так хотелось побыть! Думал, хватит полутора дней,…

  • МЕСТО С НАСТРОЕНИЕМ

    «Да что в Суханове хорошего, разруха и только», – услышал я как-то о подмосковной усадьбе. Ну, во-первых, не такая уж безнадёжная разруха, и…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments