Эмиль Сокольский (emil_sokolskij) wrote,
Эмиль Сокольский
emil_sokolskij

МИЛЫЙ ПОКЛОННИК

Всё-таки надо жить долго. Сейчас навожу порядок, смотрю, какие бумажки выбросить, а что – ценное, и вот одно из писем. Автора уже нет на свете: когда я был первокурсником, ему перевалило за 80; к тому времени и относится это письмо из Воронежа, в котором выражаются восторги по поводу получения от меня одной музыкальной записи (переписи с пластинки). А разговор всему этому предшествовал такой, передаю суть:
«Жене на работе в виде поощрения вручили два билета в концертный зал при Доме культуры – выступала еврейская артистка Анна Гузик. Мы ещё думали – идти или не идти? – всё равно представление будет идти не по-нашенски. Решили – пойдём, раз подарили билеты. Гузик выступала с какими-то сценками, пела, танцевала, – я ничего не понимал: во-первых, потому, что всё шло на идиш, а во-вторых – потому что я смотрел на неё во все глаза и не мог оторваться. Какое-то сумасшествие: я видел не актрису, а человека, женщину, о которой, как мне показалось, мечтал всю жизнь. Объяснить это чувство невозможно; вот видишь и понимаешь: это – моё... Я изобрёл для жены какую-то причину – и ещё два вечера ходил на выступление (гастроли проходили три дня), вручал огромные букеты… Никогда не понимал фанатизма, всегда считал, что у восторженных поклонников “не все дома”, а тут… сам!
Стал плохо спать. Старался узнавать, где теперь гастролирует Гузик; под предлогом командировок мотался в Ленинград, в Киев, Харьков… Жена видела: я стал холодней, со мной что-то не то. А я понимал: это трагедия! что же мне с собой делать? Разыскал адрес Гузик, написал какую-то глупость: не представляю жизни без неё, она для меня больше чем артистка… и всё тому подобное. Вот глупый! Пришёл ответ: начало благодарственное, конец – строгий: я вас хорошо помню, но у меня семья, я её очень люблю, а ещё больше люблю искусство и это всё заполняет меня целиком, но считайте, что всё моё отношение к вам я вложила в песню “Милый”, и давайте на том успокоимся. Я долго искал пластинку, даже узнавал, как «Милый» будет по-еврейски. Последняя надежда была на друга из Молдавии, у него одна пластинка Гузик завалялась, он привёз – и я вижу: «Кишинёв, фабрика детских игрушек и грампластинок», и две песни: «Варничкес» и «Виглид» (то есть «Варенички» и «Колыбельная»).
«А “Милый” поётся на русском», – говорю.
«Откуда ты знаешь?!»
«Анна Гузик после войны записала несколько песен по-русски, и потом эти пластинки срочно изъяли из продажи: кое-что уничтожили, кое-что отправили на полку со штампом “брак”, – вы ж помните, какой период был специфический. А “Милый“ у меня есть»…
…Постаревший поклонник прожил почти до девяноста. А вдруг эта песенка и продлила ему жизнь? Вовремя же мы встретились!
Письмо от него – сохраню.

Милый (Г.Варс – слова неизв. авт.), Анна Гузик, 1945.
(нужно нажать на треугольник под изображением диска)
http://www.russian-records.com/details.php?image_id=27911&sessionid=ovvpcm5fin34j6k4rcok43v1s4&l=russian/
Tags: ретро
Subscribe

  • ГДЕ ПОТЕРЯЛИ КАТУАРА?

    На савёловском и киевском направлениях Московской железной дороги есть платформы «Катуар». Почему такое название? Рядом с ними находились имения…

  • ЗАПАС РАДОСТИ

    О 130-летнем юбилее Сергея Прокофьева шла речь 23 апреля – композитор был убеждён, что родился именно в этот день (то есть 11 числа по старому…

  • НЕ ТЕ «ЖУРАВЛИ»

    Дело было в Таганроге, мы присели на скамейку на набережной. Спросив – можно к вам подсесть на пять минут? – пожилой человек с нами разговорился.…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 19 comments

  • ГДЕ ПОТЕРЯЛИ КАТУАРА?

    На савёловском и киевском направлениях Московской железной дороги есть платформы «Катуар». Почему такое название? Рядом с ними находились имения…

  • ЗАПАС РАДОСТИ

    О 130-летнем юбилее Сергея Прокофьева шла речь 23 апреля – композитор был убеждён, что родился именно в этот день (то есть 11 числа по старому…

  • НЕ ТЕ «ЖУРАВЛИ»

    Дело было в Таганроге, мы присели на скамейку на набережной. Спросив – можно к вам подсесть на пять минут? – пожилой человек с нами разговорился.…