July 19th, 2020

emil

В ПОИСКАХ ЛАЗЕЙКИ

Будучи в Таганроге, свернул к автостанции, откуда отправляются автобусы в пригородные сёла, и мелькнула мысль: не съездить ли в Дмитриадовку, это ведь совсем близко. Там я один месяц – лет в десять – провёл в лагере, приписанном к ростовской обувной фабрике (где работала родственница).
Подчинение распорядку дня меня тяготило, но спасибо, никто не заставлял стричься – как это было в школе (но я всё равно не подчинялся). Напротив: директор лагеря, увидев меня, сказала: «Какой милый мальчик!» – «Какая умная тётя! Мы нашли друг друга», – с облегчением подумал я, и потом при встрече всегда ей улыбался.
Иногда я повязывал галстук: носить его уже было в то время не обязательно, но мне нравилось – будто я артист с бабочкой. Прикол такой был.
К морю спускалась трёхпролётная лестница. Под широким тополем стояла скамеечка, где иногда собирались по три-четыре девочки; как-то я подошёл, стал ругать руководство за то¸ что не разрешают купаться, когда мы хотим. Поговорили, а потом одна из них сказала: «Тебе не скучно с нами, с бабами?»
Лагерь никуда не делся, стал называться оздоровительным, его огородили непроницаемым забором, а со стороны моря поставили сетчатый. Всё изменилось, кроме парадной лестницы; вместо одноэтажных корпусов воздвигли двухэтажные (их верхушки выглядывают из-за деревьев), в низине соорудили беседки. Я изучил непроницаемый забор; пришлось поползать по обрыву, чтобы найти лазейку. Но притвориться ребёнком и погулять внутри я увы, не мог: достаточно того, что увидел – всё, всё иное. Ни следа прошлого.
Нашёл фото, меня характеризующее (сидим на лестнице): все дети как дети – послушно смотрят на фотографа, а я – в каких-то иных сферах, – не там, где все. Чтобы не рябило в глазах от лиц, даю фрагмент.