March 6th, 2018

emil

ЛЮБОВНЫЙ КРИК

Есть у нас сотрудница, которая говорит тихо – никогда не повышает голоса, и часто улыбается, ну то есть – невозможно представить, чтобы она могла повысить голос!
Как-то встречаю её маму; поговорили о том – о сём, о дочери в частности, и я возьми и спроси: а она способна говорить на высоких тонах? «О-о, – отвечает мама, – ещё как! Со своими детьми она может и на крик перейти!»
Удивительно?
Наверное, не очень. Вот Александр Ширвиндт в «Книге воспоминаний» уверяет, что может кричать.
Ширвиндт? Не может быть! Однако –
«Семья у меня замечательная, но жить вместе сейчас архаично и чревато раздражением. Основной раздражитель – я; всё время ору и требую знать, где в любую минуту находятся родственники, а они в ответ вынуждены меня любить – вздохнут и любят. Правда, Михаил Александрович Ширвиндт (сын) как-то справедливо заметил, что ору я только на тех. кого люблю; чем громче крик – тем сильнее чувство. С людьми, мне безразличными, я тих и интеллигентен».