April 27th, 2014

emil

ГОЛЫЕ ФАКТЫ

Привёл в фейсбуке такую запись; она же была повторена на сайте отдела краеведения Донской государственной публичной библиотеки:
«Встретил фронтовика, он снова мне рассказывает, забывая, что это я уже слышал от него не раз:
– Мы не умели воевать! Половина наших потерь – 41-й год. Немцы нас, молодых, не успевали убивать! Захватывали склады, воевали нашим оружием, бомбили нашими бомбами… Недавно лежал в больнице, а мой сосед по койке 27-го года рождения, пережил войну. «Где воевал?» – спрашиваю. Молчит. Потом говорит: «Я из Сум. Как Сумы освободили в 43-м, так меня и призвали. Надо форсировать Днепр, а оружие нам, мальчишкам, не дают: «Вот переправитесь, будут там убитые – у них и возьмёте». А на том берегу – немцы, нас так скоренько и забрали. Поскольку мы безоружные, отправили в Торн (сейчас Торунь, Польша), в лагерь для военнопленных. Вот и вся моя война…»
Пришли интересные отклики!
Поэт Марина Саввиных, главный редактор журнала «День и ночь» (Красноярск): «Я работала с дневниками артиллерийского офицера... Полк формировался на территории Красноярского края – то, что он пишет о бардаке 41-42 гг., вообще не укладывается в сознании. При этом – абсолютно убеждённый патриот, без тени осуждения. Просто голые факты, от которых волосы дыбом на маковке..... И непонятно, что это было – то ли саботаж, то ли привычный русский рас.... дёж?!!»
Поэт и журналист Миясат Муслимова (Махачкала): «То же самое мне рассказывал участник войны, попавший на Украине в концлагерь. "Немцы воевали в белых перчатках, а у нас не было даже оружия идти в бой".
Александр Сидоров (о себе пишет так: филолог, журналист, писатель, поэт, переводчик, исследователь истории и субкультуры уголовного мира, жаргона русских арестантов и уголовников, автор 12 книг, в том числе двухтомной истории воровского братства в Советской России): «Пиздит это сумской паренёк. В 1943-м этого уже не было. Сдался, сука, немчуре, а потом солдатскую причину искал, чтобы в фильтрационном лагере отмазаться. Слава Богу, встречался я и с фронтовиками, и мемуары читал. В 1943-м безоружных не кидали в бой. В 1941-м встречалось.
Как только я прочёл всё стало понятно. Во время Великой Отечественной и после неё как раз ГУЛАГ пополнился вертухаями-украинцами. Чем в немцев, легче в зэков стрелять...»