October 18th, 2010

emil

МЕМУАРЫ И ПОКАЯНИЕ - ВЕЩИ СОВМЕСТНЫЕ


«Вы спрашиваете – можно ли «присочинять» биографию историческому лицу, – писал Алексей Николаевич Толстой в письме к начинающему автору. – Должно. Но сделать это так, чтобы это было вероятно, сделать так, что это (сочинённое) если и не было, то должно было быть».

Пожалуй, то же относится и к мемуарам. И не только писательским. Ведь кто бы ни писал мемуары – он выступает как писатель.

Даже когда мемуарист скрывает свои неблаговидные поступки и обеляет себя, он по-своему прав. Ведь тем самым автор понимает, что поступки неблаговидны, и стыдится их. Признаёт, что в биографии его есть чёрные пятна. Что дóлжно было поступить не так, а иначе. И хотя бы письменно – пересоздаёт, переписывает себя.

Другое дело – неискренность себя выдаёт. Фальшивую ноту нетрудно распознать. А писать против себя – значит вызвать к себе  доверие и уважение читателя. И – уважать самого себя. Готовность покаяться – свойство сильного человека, имеющего волю стать (или быть) свободным. Вон с какой последней, горькой прямотой написал Глеб Горбовский о своих «алкогольных» приключениях. И нам нет дела до постыдности этих приключений; нам важнее другое: глубина осмысления, глубина раскаяния. Здесь – настоящая литература.